Российская императрица Елизавета Петровна

Имя: Елизавета Петровна (Elizaveta Petrovna)

Дата рождения: 29 декабря 1709 года

Дата смерти: 5 января 1762 года

Возраст: 52 года

Место рождения: Коломенское, Московская губерния

Место смерти: Санкт-Петербург, Россия

Деятельность: российская императрица

Семейное положение: была замужем

Елизавета Петровна — биография

Двадцать лет Елизавета Петровна правила Россией. Основание университета и победы в войнах, проекты реформ и оды Ломоносова. Всему этому императрица если не способствовала, то по крайней мере не мешала, что для нашей страны России уже не мало.

В холодную ночь 25 ноября 1741 года поздние прохожие в Петербурге с удивлением наблюдали, как к Зимнему дворцу двигается колонна солдат во главе с высокой женщиной в кирасе поверх розового бального платья. Отряд без шума занял первый этаж, обезоружив сонных часовых.

Так, без единого выстрела, в России совершился дворцовый переворот — уже пятый за полтора десятилетия. Наутро подданные империи узнали, что ими отныне правит государыня Елизавета Петровна. Переворот, как всякая смена власти, вызвал в народе ликование. Люди обнимались на улицах, кричали: «Кончилась власть проклятых немцев!» Прежде, при Анне Иоанновне, страной десять лет управлял курляндский регент Эрнст-Иоганн Бирон, потом настал черед Брауншвейгского семейства.

Внучка слабоумного царя Иоанна V Анна Леопольдовна и ее супруг были людьми незлыми, но слабыми и бездарными. Антон-Ульрих щедро отдавал дань русской водке, а правительница, выставив мужа из спальни, проводила время с любимой фрейлиной. Всеми делами заправляли фельдмаршал Миних и вице-канцлер Остерман-тоже, естественно, немцы. В этих условиях взоры патриотов все чаще обращались к дочери великого Петра.

Елизавета родилась в царском дворце в Коломенском 18 декабря 1709 года, когда в Москве праздновали Полтавскую победу Петра. Тогда он еще не был формально женат на ее матери, ливонской прачке Екатерине. Только через три года бывшая «портомойка» стала законной супругой царя, а Елизавета и ее сестра Анна -царевнами. Петр редко видел дочерей, но любил их и в каждом письме передавал привет «Лизаньке, четвертной лапушке». «Четвертной» — потому что Елизавета в детстве лихо ползала на четвереньках.

По приказу Петра дочь рано начали обучать грамоте и прочим наукам. Лизанька выросла красавицей и пошла в отца богатырским ростом-почти 180 сантиметров. Видевшие ее в 12 лет вспоминали: «У нее был живой, проницательный, веселый ум; кроме русского она превосходно выучила французский, немецкий и шведский языки, писала красивым почерком».

В 12 лет царевне начали подыскивать жениха. Хотели сделать ее ни много ни мало французской королевой, но в 1725 году Петр умер, и переговоры с Парижем сошли на нет. Через два года скончалась от пьянства императрица Екатерина. Елизавета не сильно горевала о своем сиротстве — ее больше занимали праздники и мужчины. Неожиданно в нее влюбился ее племянник, юный Петр II. Целыми днями они пропадали вместе на охоте или конных прогулках — царевна превосходно держалась в седле.

Испанский посол сообщал: «Русские боятся большой власти, которую имеет над царем принцесса Елизавета». Вскоре Петра с Елизаветой разъединил фаворит Меншиков, решивший женить его на своей дочери. Царевна утешилась в объятиях своего камергера Бутурлина, а затем и других любовников. К ней продолжали свататься европейские государи, но пришедшая к власти Анна Иоанновна не желала выпускать кузину из-под присмотра. Более того, она приказала ей оставить милое сердцу Подмосковье и переехать в Петербург.

Молодая и красивая Елизавета доставляла Анне, рябой, малорослой и тучной, немало терзаний. На балах вокруг царевны так и вились кавалеры. Анна отводила душу, урезая ей, транжирке, расходы, а потом сослала в Сибирь ее любимца, офицера Шубина. В тоске Елизавета стала сочинять печальные песни и пьесы для домашнего театра, в которых бедную девицу угнетала злая и безобразная мачеха.

Позже увлеклась хозяйственными заботами — продавала яблоки из своего имения Пулково, при этом азартно торговалась со скупщиками за каждый грош.

В 1731 году к ней пришла новая любовь. Той зимой полковник Вишневский привез в Петербург из украинской деревни Чемары дивного тенора. Юношу звали Алешка Розум, а в столице он стал Алексеем Разумовским, певцом придворной капеллы и любовником Елизаветы. Позже, как говорили, она тайно вышла за него замуж и родила дочь Августу — ту самую, что вошла в историю под именем княжны Таракановой. Не самозванки, которую царским агентам пришлось отлавливать в Италии, а настоящей, что мирно скончалась в московском Ивановском монастыре.

Царевна вместе с Разумовским вела довольно скромную жизнь в своем дворце. После смерти Анны Иоанновны и ссылки Бирона она стала смелее и пошла на контакт с иностранными дипломатами. Французский посол Шетарди и швед Нолькен вовсю убеждали Елизавету, что она достойна трона куда больше, чем «брауншвейгская лягушка» Анна Леопольдовна. Обе державы враждовали с немецкими князьями, а Швеция еще и пыталась вернуть Прибалтику, отторгнутую Петром. На словах Елизавета обещала шведам все, что те просили, но договор не подписывала, следуя тактике «тише едешь — дальше будешь».

И не прогадала: шведские деньги помогли ей привлечь сторонников не меньше, чем красота и общительность. Многие гвардейцы, которым разрешалось заводить семьи, приглашали ее в крестные, и она дарила «на зубок» новорожденным щедрые подарки. После этого ветераны запросто звали ее «кумой» и, конечно, готовы были за нее в огонь и в воду. А вот высшие чиновники ее не поддерживали: они считали Елизавету пустой кокеткой, ничего не смыслящей в государственных делах. И вряд ли она решилась бы на переворот, если бы не случай.

Рекомендуем:  Биография Ким Чен Ира

О подозрительной активности царевны в отношениях со шведами и французами стало известно английским дипломатам. Англия, враг Швеции и Франции, была рада возможности сорвать их планы. Неприятную новость незамедлительно донесли до Анны Леопольдовны. На дворцовом приеме она отозвала соперницу в сторону и сурово допросила. Конечно, та все отрицала. но видела, что ей не верят.

Не без оснований опасаясь попасть в пыточные застенки Тайной канцелярии, дочь Петра проявила отцовскую решительность и уже через три дня, под вечер, явилась в казармы Преображенского полка. «Други мои! — воскликнула она. — Как вы служили отцу моему, то и мне послужите верно!» «Рады стараться!» — гаркнули гвардейцы. Так начался переворот. после которого Брауншвейгское семейство оказалось в ссылке, а Елизавета на троне. С тех нор она отмечала эту дату как второй день рождения.

Свергнутую Анну Леопольдовну разлучили с Юлианой Менгден и отправили с семьей в далекие Холмогоры, где она в 1746 году умерла, родив пятого ребенка. Ей было всего 28 лет. Ее супруг, тишайший Антон-Ульрих, скончался там же в 1774 году. Оторванный от них сын — император Иоанн всю жизнь провел в заточении и был убит в 1764 году.

Легкость, с какой Елизавета совершила переворот, на протяжении всего ее царствования соблазняла других искателей удачи. В 1742 году камер-лакей Турчанинов планировал ворваться в покои царицы и убить ее, вернув власть Иоанну Антоновичу. Затем под следствием оказались статс-дама Наталья Лопухина и ее брат Иван, говорившие «возмутительные речи» против императрицы. Позже, в 1754 году, подпоручик Ширванского пехотного полка Иоасаф Батурин, игрок, обремененный долгами. вздумал выити из своего затруднительного положения, передав власть великому князю Петру — будущему Петру III.

Дело в том, что Елизавета была бездетна и сразу после коронации выписала из Голыптейна юного Карла Петера Ульриха, сына местного герцога и своей любимой сестры Анны Петровны. Сразу по прибытии он был крещен в православие под именем Петра Федоровича и начал учиться управлять страной. К этому он оказался не слишком способным, в отличие от своей будущей жены — немецкой принцессы Софьи Августы Анхальт-Цербстской, прибывшей в Россию в 1744 году. Отношения приемного сына и невестки с Елизаветой быстро испортились. Ругая их «немчурой», государыня пользовалась любым случаем, что бы накричать на молодых, а то и влепить пощечину.

Немудрено, что принцесса Софья, ставшая Екатериной Великой, писала о своей предшественнице без особой теплоты. Однако отдавала ей должное: «Нельзя было видеть ее и не поразиться ее красотой и величественной осанкой». Подчеркивая эту красоту, Елизавета чуть не каждый день появлялась на людях в новом платье, сшитом лучшими парижскими портными. На одевание, макияж и завивку она тратила не менее двух часов ежедневно, а вот умывалась через два дня на третий — понятия о гигиене тогда были весьма далеки от наших. русские дипломаты в Европе сбивались с ног, скупая для своей государыни модные новинки, особенно шелковые чулки, ценившиеся тогда на вес золота.

После смерти Елизаветы в ее комнатах нашли два сундука этих чулок, 15 тысяч платьев, тысячи пар обуви. Прибывшие в Петербург с «дамскими уборами» купцы из-за границы обязаны были первым делом показать товар императрице, чтобы она отобрала ддя себя лучшее. Если она видела на балу гостью в таком же платье, как у нее, гнев ее был страшен. Могла схватить ножницы и располосовать на несчастной наряд. Однажды Елизавета велела всем придворным дамам побриться наголо и носить парики. Оказалось, что от какой-то новомодной краски у нее вылезли волосы, и она, чтобы не было обидно, решила лишить причесок всех своих фрейлин.

Тиранствуя во дворце, Елизавета была относительно либеральна к подданным. В день переворота она поклялась: если дело удастся, она не подпишет ни одного смертного приговора. Так и случилось, хотя дыба и клещи Тайной канцелярии не оставались без дела, а Сибирь исправно заполнялась ссыльными, в том числе и высокопоставленными. Но память избирательна, и правление Елизаветы запомнилось не репрессиями, а увеселениями.

Все ее время было расписано между театральными представлениями, балами и маскарадами. Днем она спала, а вечера проводила в танцах и пирах. Елизавета редко две ночи подряд спала на одном месте — в том числе и из страха перед заговорщиками. И в Москве, и в Петербурге к ее услугам были по два десятка загородных дворцов, куда по первому сигналу повелительницы отправлялся царский поезд с мебелью.

Править Россией царице помогал громоздкий бюрократический аппарат, которым руководили 12 петровских коллегий. Первым сановником считался канцлер Алексей Бестужев-Рюмин. хитрый старик, единолично определявший внешнюю политику России. Много лет никакие интриги не могли одолеть этого неопрятного, крепко пьющего, но весьма неглупого царедворца.

Но в итоге погорел и он — когда Елизавета тяжело заболела, ввязался в интриги на стороне Петра и угодил в ссылку. Та же судьба ждала придворного лекаря Иоганна Лестока, знавшего все интимные тайны государыни. В 1748 году его сослали в Углич за излишнюю откровенность. Еще больше хлопот императрице доставляли 308 гвардейцев — участников переворота. Всех их произвели в дворянство, записав в лейб — компанию, которой поручалась охрана Зимнего дворца.

Рекомендуем:  Биография Франклина Рузвельта

Но даже эту службу разленившиеся ветераны несли из рук вон плохо. Елизавете пришлось издавать специальные указы, предписывающие солдатам мыться, держать в порядке платье и оружие и «на пол и стены не плевать, а плевать в платки». Гвардейцы тащили из дворца все, что попадалось под руку, но Елизавета не дремала — регулярно отправлялась к черному ходу и ловила воришек с поличным.

Конечно, у императрицы были и более важные заботы. На закате ее царствования Россия ввязалась-таки в Семилетнюю войну с Пруссией. Король Фридрих П, возомнив себя великим полководцем, напал на Австрию, которая запросила помощи России. Елизавета не желала воевать, но австрийские дипломаты донесли до нее высказывания прусского монарха в ее адрес, самым невинным из которых было «коронованная шлюха». «Буду сражаться против него, даже если мне придется распродать все драгоценности!» — ответила императрица. Все, кто знал ее, понимали, что для Елизаветы это была громадная жертва.

Весной 1757 года русская армия во главе с фельдмаршалом Апраксиным выступила в поход. Военные действия велись крайне нерешительно, но при Грос-Егерсдорфе русским все же удалось разгромить доселе непобедимого Фридриха. Не веря в победу, Апраксин велел войскам отступить, за что был разжалован и сослан. Новый главнокомандующий Фермор тоже действовал не слишком активно, но сумел занять всю Восточную Пруссию вместе с Кенигсбергом.

Среди жителей города, присягнувших на верность России, был и великий философ Иммануил Кант, уверявший, что «готов умереть в глубочайшей преданности Его императорскому величеству». В августе 1759 года русская армия генерала Салтыкова встретилась с Фридрихом при Кунерсдорфе. Прусский король был снова разбит и еле успел бежать; русские части заняли Берлин, изрядно напугав его жителей. Вопреки ожиданиям, солдаты вели себя смирно и никого не грабили — на то был приказ императрицы. Она собиралась присоединить Пруссшо к России и не хотела обижать будущих подданных.

Радость победы с Елизаветой разделял ее новый спутник жизни — Иван Шувалов. Еще в 1749 году этот 22-летний паж сменил Разумовского в роли возлюбленного сорокалетней императрицы. Шувалов был модником, любителем искусства и меценатом. Получив от Елизаветы огромные богатства, он щедро делился ими с литераторами и учеными. Часто Шувалов сводил за своим столом злейших врагов — Ломоносова и Сумарокова -и с интересом наблюдал, как бранятся два первых российских поэта.

Именно благодаря Шувалову Ломоносов одолел своих неприятелей из «онемеченной» Академии наук и сумел основать в Москве университет. указ о котором подписан 12 января 1755 года. В нем Елизавета писала: «Установление оного университета в Москве тем способнее будет… что великое число в Москве у помещиков на дорогом содержании учителей, из которых большая часть не только учить науки не могут, но и сами к тому никакого начала не имеют…»

К началу Семилетней войны здоровье императрицы ослабло — ее мучила астма, и все чаще случались припадки эпилепсии. Австрийский посланник Мерси д’Аржанто доносил: «Ее всегдашней страстью было желание прославиться своей красотой, теперь же, когда изменение черт лица заставляет ее ощущать невыгодное приближение старости, она принимает это близко к сердцу». Для Елизаветы старение было равносильно смерти. Ее пытались лечить, но больная отказывалась менять образ жизни, веселий не пропускала и ложилась спать под утро. Из лечения она соглашалась только на кровопускания, свято веря в их пользу.

Елизавета была суеверна, а с годами суеверие превратилось в настоящую манию — она строго-настрого запретила упоминать при ней о смерти, подолгу разговаривала с зеркалами и образом Николая Угодника. Царскосельский дворец заполнили знахарки и ворожеи. Но ничего не помогало — изношенный организм веселой царицы уже не мог сопротивляться болезням. 25 декабря 1761 года, накануне Рождества, наступил конец. Подозвав к себе Петра и Екатерину, императрица цепенеющим языком попыталась выговорить «живите дружно» — и уже не смогла.

Сменивший ее Петр III пробыл на престоле всего полгода и успел только вернуть Фридриху Восточную Пруссию. Его свергла Екатерина, чье правление затмило в памяти народа эпоху Елизаветы Петровны. Сегодня о ней вспоминают лишь в Татьянин день-день основания Московского университета, ставший по сути ее третьим днем рождения. Впрочем, об иных правителях помнят и того меньше.

Алексей Разумовский, которого многие биографы императрицы называют ее тайным мужем, превратился в самого богатого человека империи. С каждым годом у графа, вышедшего из простых казаков, появлялись все новые поместья.

Не отставал от него и брат Кирилл Разумовский, гетман Малороссии. Так, в Англии он заказал самую дорогую в мире дорожную карету, превосходившую по роскоши королевские, стоимостью 18 тысяч рублей. Когда ее с огромным трудом доставили в поместье, оказалось, что даже восемь лошадей не в силах сдвинуть такую громадину, а с большой упряжкой невозможно ездить по узким и кривым дорогам. В результате столь дорогую игрушку заперли в сарае, вскоре о ней позабыв.

Рекомендуем:  Георгий Константинович Жуков

Тяга к роскоши отличала и саму Елизавету Петровну. Как потом вспоминали современники императрицы, торжества по поводу ее восхождения на престол продолжались в государстве два месяца, а последовавшая за этим коронация отличалась кричащей и неуемной пышностью.

Прожигательница жизни

Именно эта правительница привила местному дворянству любовь к французской культуре: гувернеры, учителя танцев, портные, знатоки этикета, придворные балы — привнесли в российский уклад европейский образ жизни. Особую слабость она питала к танцам и другим увеселениям. Самыми необычными были так называемые метаморфозные балы. На них мужчины были вынуждены носить платья, отчего «пребывали в дурном расположении духа», а женщины — надевать мальчишеские наряды. Считалось, что единственной, кому шел мужской костюм, была сама Елизавета. Страсть к переодеваниям привела к тому, что в столице по ее указу появился первый императорский театр.

Елизавета не появлялась дважды в одном и том же наряде, предпочитая менять их по несколько раз в день. Ее примеру следовали и другие гранд-дамы. Если вначале они делали это добровольно, то потом и вовсе появилось распоряжение монарха, согласно которому на бал было необходимо являться каждый раз в новом платье. Гвардейцы даже ставили специальную печать на наряды гостей, чтобы они не смели приходить в старых одеждах. После смерти дочери Петра Первого в ее гардеробной насчитали свыше 15 тысяч всевозможных роскошных нарядов. Многие из них она так и не успела надеть.

Большой Екатерининский дворец был заложен еще матерью Елизаветы императрицей Екатериной I, но именно при ее дочке приобрел близкий к современному вид.

По традиции все празднества завершались иллюминациями и фейерверками. Над этими почти театральными представлениями трудились лучшие пиротехники и инженеры Европы. Появление движущихся фигур, а также салют непременно сопровождались красивой музыкой. Концерты, балы, званые ужины, маскарады, театральные постановки и фейерверки сменяли друг друга, превращая жизнь Елизаветы в вечный праздник.

Интимная резиденция

Иногда она уставала от жизни, полной развлечений, и отправлялась в свою особую резиденцию, которую придворные называли интимной, — Царское Село. Там в окружении самых близких — «малой свиты», как любила говорить императрица, — она отдыхала от утомительной пышности. Из-за не столь внушительных масштабов дворец не подходил для того, чтобы устраивать там торжества и большие приемы.

Восхождение на престол

Титул императрицы Елизавета Петровна получила в результате самого «бескровного» государственного переворота 1741 года. Он произошел без предварительного заговора, так как императрица особо не стремилась к власти и не проявляла себя сильной политической фигурой. В момент самого переворота она не имела никакой программы, но была охвачена идеей собственного воцарения, которую поддержали простые граждане и гвардейцы, выражавшие недовольство из-за засилья иностранцев при дворе, опалы русской знати, ужесточения крепостного права и налогового законодательства.

В ночь с 24 на 25 ноября 1741 года Елизавета Петровна при поддержке своего доверенного лица и тайного советника Иоганна Лестока прибыла в Преображенские казармы и подняла гренадерскую роту. Солдаты беспрекословно согласились помочь ей свергнуть действующую власть и в составе 308 человек направились к Зимнему дворцу, где царевна провозгласила себя императрицей, узурпировав действующую власть: император-младенец Иоанн Антонович и все его родственники из рода Брауншвейгов были арестованы и заточены в Соловецкий монастырь.

Учитывая обстоятельства восхождения на престол Елизаветы I, первым подписанным ею манифестом стал документ, согласно которому она является единственной законной наследницей престола после смерти Петра II. После этого она провозгласила свой политический курс, направленный на возврат наследия Петра Великого. В тот же период она поспешила наградить всех своих сподвижников, которые помогли ей взойти на престол: рота гренадеров Преображенского полка была переименована в лейб-компанию, а все солдаты, не имевшие дворянских корней, возведены в дворяне и повышены в чинах. Также все они были награждены землями, которые конфисковали у иностранных помещиков.

Коронация Елизаветы Петровны состоялась в апреле 1742 года. Она прошла с особой пышностью и шиком. Именно тогда 32-летняя императрица раскрыла всю свою любовь к ярким зрелищам и маскарадам. В период торжественных мероприятий была объявлена массовая амнистия, а люди на улицах пели приветственные оды в адрес новой правительницы, сумевшей изгнать правителей-немцев и ставшей в их глазах победительницей «иноземных элементов».

При этом выглядел он сказочно: голубого цвета, украшенный золотом снаружи и внутри. Барокко отвечал вкусам Елизаветы и полностью соответствовал тому блеску, в котором жил двор при императрице. Обилие золота было не только в деталях фасада дворца, но и в его интерьерах. Парадную анфиладу залов второго этажа, где не только стены, но и двери были украшены позолоченной резьбой, современники также называли «золотой».

Самой роскошной комнатой в царскосельском дворце по праву считалась спальня Елизаветы. Кровать императрицы была украшена голубым штофом (тяжелым шелком — прим. «Ленты.ру»), бахромой, сама опочивальня была отделана серебром. На балдахине серебряной нитью были вышиты корона, крест и вензель императрицы, спинку изголовья украшал государственный герб, декорированный шелком и серебром.

В царскосельском дворце правительница наслаждалась спокойствием. В ее личных покоях стояло множество клеток с птицами: она могла спокойно спать под их пение. Лесные пернатые нормально уживались с экзотическими собратьями — попугаями, которых помещали в бронзовые клетки и ставили на подоконники.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: